Евгения Андреева и Федор Коноров

Мы решили написать совместную статью о грусти. Придумали переписываться друг с другом несколько дней и присылать все мысли, которые буду приходить в голову на эту тему. Потом, когда стали редактировать текст, заметили, что даже те смски, которые вроде бы не относяться к теме тоже имееют свое значение. Еще мы записывали мысли, которые приходили нам в голову при прочтении сообщений, но сразу не уместились в слова. Они записаны курсивом и в скобках.

14.11.2011

Женя: Ты говорил, что тебе сложно переживать грусть в присутствии кого-то… Почему?

Федор: (через некоторое время) Женя, возьмешь в терапию девушку (…)?

Женя: (…) Ты так и не ответил…

На следующий день вечером:

20:49 Федор: грустно это когда что-то ценное закончилось и невозможно продолжать, или просто что-то невозможно. Грусть это когда признаешь невозможность и довольствуешься мечтами и фантазиями. (Женя: … довольствоваться мечтами – это уже способ не грустить, не принять то, что невозможно, это уже немного следующий этап…)

20:53 Федор: грустно, когда гости уходят. Почему? Не понимаю про гостей… (Женя: может быть что-то заканчивается просто?)

21:02 Федор: наверное грусть это еще когда чего-то хорошего не хватает… может грусть это такой легкий голод, а дальше уже отчаяние, тоска (Женя: не знаю, для меня когда чего-то не хватает – это неудовлетворенность…не знаю какое чувство там, наверное могут быть разные)

21:02 Федор: О, вот еще феномен – грустно на вокзалах и в аэропорту. Даже если ты привез провожать незнакомого человека.

21:03 Федор: грустно в пустых помещениях. Особенно в квартирах, особенно если тихо…

21:04 Федор: грустно ночью на бензоколонке на трассе (Женя: надо не забыть спросить почему?)

21:07 Федор: И в машине ночью в дождь. Чужие детские фотографии смотреть без хозяина (Женя: верно, он уже никогда не будет маленьким снова), если смотришь издалека на человека, который стоит один на автобусной остановке.

21:11 Женя: Грустно говорить с кем-то про грусть. Хорошо и сладко погрустить рядом с кем-то близким, кому ты можешь доверить свою грусть, и плакать тогда хорошо.

21:16 Женя: А еще грустно бывает от несовпадений.

21:17 Федор: грустить про невозможное и неслучившееся мне сложно… хочется что-то делать. Признать что чего-то не могу…сложно.

21:19 Женя: А вот знаешь, мне кажется что грустишь от потери обычно, а когда не случилось и грустно, это похоже как раз что-то случилось).

21:23 Женя: грустить –  это тоже что-то делать. Это ведь глагол между прочим.

21:23 Федор: Да, да…что-то случилось, почувствовал это … а дальше невозможность какая-то … грустно! (Женя: Может быть , почувствовал ценность этого, если я грущу о чем-то значит было что-то ценное у меня)

21:28 Женя: А если допустить эту грусть, то она проходит и наступает что-то новое очень хорошее, я проверяла много раз!) Когда что-то принимаешь как невозможность, то отпускаешь и вдруг оказывается что есть куча всего еще… (Женя: Я подумала, что грусть это все же не совсем про невозможность. Я могу знать что будет что –то другое, но вот этого момента больше не будет, просто потому что такая данность…наши встречи с кем-то все время разные и мы все время разные, никогда не повторяемся…)

21:32 Женя: А почему на бензоколонках грустно? (Федор: ну, не знаю… это какое-то особое ощущение… ночью, на бензоколонке, на трассе всегда грустно… Это конечно если ты один в дороге… Наверное, потому что ты откуда-то уехал и от этого грустно и еще ни куда не приехал… тоже грустно. И люди, которые там, на бензоколонке… ты видишь их первый и последний раз в жизни… и здесь, когда кругом какое-нибудь поле бесконечное… это как-то особенно чувствуется)

21:45 Федор: Если грустить это делать – то для меня это завершать, думать как без этого, прощаться (Женя: а для меня еще думать, как было хорошо и как жаль, что оно кончается)

11:06 Женя: я слушаю Маргулиса, он поет какие-то грустные песни.

…. когда хочется быть рядом с кем-то, то вот эти моменты, которые без этого человека, ты как будто прощаешься с ними каждый раз, и грустно. И вот раньше когда я грустила, то я как будто думала, что это невозможно в принципе и потому грустно. А сейчас я думаю, что невозможно прямо сейчас и от того грустно. И в этом нет такой тотальности, а есть переживание просто.

А еще здесь есть что-то про надежду. Когда есть надежда, а в ней уже фантазия про то как хочешь чтобы было. И это конечно может быть приятно, но часто не реалистично. А потом ты сталкиваешься с тем, что надежда уменьшается. И вот в этот момент переживание грусти. А потом когда ее потеряешь, то как-то становится легко. И это мне кажется, возможность вернуться в реальность и встретиться с чем-то новым, а оно там обязательно есть…

Тепловатая, душная, тошнотная волна прокатывается по телу, заставляет сжаться, сократить мускулы, втянуть голову, согнуть плечи. Хочется исчезнуть, закрыть глаза, стереть все что было, стереть память тому, кто видел, убежать от того, кто смотрит.

Стыд целиком. Неважно, что ты в чем-то хорош, не имеет значения кем тебя знают. Стыдно испытывать стыд. Стыдно испытывать стыд за стыд. Стыдно…

Стыд нельзя остановить. Можно отвлечься, забыться, закидать чем-то сверху, но самому остановить нельзя.

Стыд сшивает. Стыд это надежда и ожидание. Есть я, и есть другие. Есть я, такой как есть, и есть мои мысли о том, каким меня могут любить другие. Стыд держит это связанным, не позволяет оторваться одному от другого навсегда. Если в этом разломе нет стыда – то безнадежное одиночество и ужас.

Простое сожаление
Сожаление это проекция в прошлое. Если я недоволен чем-то сейчас, то могу легко обойтись с этим. Для этого нужно начать думать, что если бы я выбрал другой вариант в прошлом, то сейчас мне было бы хорошо. Это позволяет избавиться от осознания актуальной (а не в прошлом) ответственности за то, что сейчас я чего-то не делаю или от осознания бессилия, отчаяния при невозможности что-то изменить.

Сожаление с внешним локусом контроля
Более удобный вариант сожаления, – сожаление с внешним локусом контроля. Здесь я жалею не о своем прошлом поступке, а о чужом. Звучит так – «Если бы тогда он не…, то сейчас бы все было бы хорошо».

Страх сожаления
Есть еще страх сожаления. Это звучит так – «Я боюсь, что пожалею об этом решении (об этом периоде в жизни и т.п.)». Таким образом, удается избегать столкновения с неопределенностью будущего и отсутствием «правильного» варианта в любой ситуации.

Сожаление-оправдание
Звучит так – «Боюсь, что я еще пожалею об этом решении.. ну уж ладно…». Такая фраза, обращенная к себе, позволяет перенести напряжение от актуальных сомнений в будущее (по типу «Я подумаю об этом завтра…»). Такая же фраза, обращенная к другим, позволяет заранее немного себя поругать, чтобы ослабить напор чужой критики, сомнений, осуждения.

Сожаление-угроза
Можно использовать сожаление как угрозу. Это звучит так – «Ты еще пожалеешь об этом решении…». За счет этого можно попробовать внушить противнику, что все-таки существует правильный вариант и нужно выбрать именно его.
Более изысканный вариант звучит не с гневной интонацией, а с заботливой или испуганной – «Я боюсь за тебя! боюсь, что ты пожалеешь об этом решении…»

Когда терапевт говорит своему клиенту сокровенное «Кому ты должен?» в ответ на клиентское незыблемое «Я должен…», то он (терапевт) не понимает, наверное, что замахивается на самое важное, что у нас есть – надежда, что отдадут. Отдадут наконец-то родители – я сделал все, что они просили, отдаст жена – я купил все, что она хотела, вернет ребенок – я был хорошим родителем и воспитывал по книгам, начальник-с……. отдаст – ведь я…

Столкновение с тем, что «ты не должен» никого почему-то не радует… Ведь нетрудно догадаться, что если я никому не должен, то … !!! Очень хочется быть должным! Ощущение собственного долженствования кому-то и вины перед кем-то сильно успокаивает. Когда чувствуешь, что должен и связан виной – легко иметь надежду, что другие тоже будут чувствовать, что должны. Они  будут зафиксированы в отношениях чувством вины и не смогут легко исчезнуть, забрав с собой что-то ценное.

Трудовые подвиги и сексуальные рекорды, образцовая порядочность и склонность к кооперации, вежливость и если надо конструктивная агрессивность – чего только не сделаешь, чтобы отдать или/и одолжить! До некоторого момента мы все (в хорошем варианте) живем в мире где взрослые делают для нас многое, причем очень часто то, что идет вразрез с их актуальными желаниями. Мы привыкаем жить в мире где это нормально и тогда одним из ключевых моментов подросткового кризиса является следующее – мы переходим в мир, где ни у кого нет перед нами обязательств. Нет социального давления которое понуждает другого заботиться о нас, нет инстинктов, которые этому способствуют. Наша культура сильно изменилась – муж ушедший из семьи намного в меньше степени сейчас воспринимается как подонок, чем 50 лет назад. Итак, мы попали в мир где нам не должны.

Собственно теперь у нас есть два пути. Как всегда – простой и сложный.

Начнем, с легкого – сложный путь.
Сложный путь это просто) встретиться со страхом того, что тебя могут покинуть, а также выдерживать напряжение от развития отношений – конфликтов, кризисов и изменений.

Сложнее – простой путь.

Задача на этом пути – построить отношения, в которых нам станут должны. Основными персонажами в этом проекте являются два переживания – обида и вина.

Подробнее – Обида это составное чувство, которое можно расшифровать так – кто-то сделал мне плохо, но я не буду пытаться сделать себе хорошо, так как я считаю, что кто-то другой должен  сделать это для меня, причем сделать это с любовью, но на крайний случай – с хорошим отношением ко мне. Обижаться нужно так, чтобы у другого возникло комплиментарное чувство вины особого рода.

Эту вину можно расшифровать так – я злюсь на тебя за то, что я вынужден делать что-то для тебя, но я не могу не делать этого, потому что иначе я буду чувствовать себя плохим. Плохим я почувствую себя либо потому, что другие скажут мне об этом (или говорили ранее), либо потому что я столкнусь с тем, что я не могу (боюсь и т.п.) делать ничего другого как только делать то, что ты хочешь. Если умело выстроить отношения основанные на этих двух элементах, можно создать суррогат тех отношений, которые были с родителями. Люди в таком раскладе получают как будто то же самое, что получают те, кто идет по сложному пути, но… есть некоторые нюансы.

Если мне должны и поэтому обо мне заботятся я буду все время задаваться вопросом – насколько искренна эта забота. Если мне должны и не оставляют меня – я все время буду мучатся и даже проверять – правда ли ты хочешь быть со мной. Зависимость не может дать только одного – ощущения, что меня действительно и просто так любят.

Интенсивы это отличные площадки для наблюдения за тем как среда определяет сознание человека. Вернее является его сознанием.

Меняется климат, расписание жизни, язык, валюта, меняется привычный стиль общения. Вы выходите утром из номера и почти все здороваются с вами, улыбаются. Тот кто не здоровается и не улыбается возможно скоро подойдет к вам и прямо скажет о своем раздражении.

Но даже просто ландшафт очень важен. Не знаю как написать, сложно передать мысль. Попробую. Когда смотришь на море каждый вечер – то ты как бы и есть море, и закат, и дерево которое колышется от бриза. Все это задает внутренний ритм – ритм чувств, мыслей, ритм биения сердца, определяет уровень артериального давления, сокращение диафрагмы.

Когда смотришь на серые стены, слушаешь стоны автобуса в конвульсиях пробки, невольно читаешь рекламные слоганы – все это тоже задает ритм. Другой.

Мы не зависим от окружения, мы являемся его частью. Для меня это сейчас очень важно во время работы. Где человек живет, с кем, что ест, на что смотрит, кем и где работает. Я спрашиваю клиентов, в каком районе города они живут, какая у них квартира, как они добираются до работы. Ведь есть привычный соблазн объявить, что внутриличностный конфликт в сотни раз важнее, чем пейзаж за окном. Не уверен.

Далеко не всегда люди приходят к психологу, чтобы справиться с плохими переживаниями. Очень большая часть работы это попытка справиться с переживаниями вообще. Вернее с их разностью.

Было бы проще, если бы мы жили в «однозадачном» мире – одно ощущение, одно чувство, один предмет в поле зрения. В таком варианте были бы свои плюсы – удовольствие было бы чистым и невероятно сильным. Минус – боль была бы ужасной и субъективно бесконечной. Собственно маленький ребенок примерно так и живет – чистая радость от кормления, от прихода мамы и страшная боль от голода, телесного дискомфорта.

Младенец еще не знает, когда сосет грудь, что мама решила через 2 недели прекратить кормить его грудью и это не омрачает его блаженство. Он не знает когда кричит от голода, что мама на кухне уже почти-почти согрела молочную смесь – он голоден целиком и полностью, нет мысленного островка на который он мог бы опереться.

Вырастая, мы получаем апргрейд до «многозадачности». Одновременно много ощущений и чувств. Да, конечно, что-то в один момент времени является фигурой, но при этом всегда есть фон, который состоит из множества разных идей, чувств, ощущений, отношений.

Адаптационные плюсы такой многозадачности очевидны. Представьте себе организм который полностью «влетает» в какое-то одно действие и все остальное для него в этот момент не существует. Долго он конечно не протянет… Это животное (сознание) будет съедено кем-то во время совокупления или созерцания красивой луны.

Минусы многозадачности – постоянная напряженная работа по обращению с разностью. Иногда у нас не хватает сил для того, чтобы сделать это в одиночку и тогда мы обращаемся к кому-то, кто может на час в неделю предоставить свое сознание в аренду для нашего «супа».

В чем собственно сложность?

Вот смотрите. Начнем с безобидного. Есть у вас знакомый какой-нибудь (пока не будем про близких) и он вам нравится. Внешне нравится. А вот как говорить с ним начинаете – раздражаетесь и злитесь, потому что он… ну там глупости какие-то говорит или интонации дурацкие.
Что делать? Отойти или приблизиться. Чтобы полюбоваться – поближе бы лучше подойти, а вот чтобы не слышать…

Дальше хуже. Есть у вас два знакомых (про близких всё таки не надо). Один такой симпатичный и другой тоже очень ничего. Внешне. И вот один стоит как бы слева от вас метрах в десяти, а другой как бы стоит справа. Тоже причем в десяти метрах. И надо бы к кому-то подойти, ну чтобы полюбоваться… а к кому?

Еще хуже. Что-то вы сделали. Никак с близкими людьми не связанное. Просто там на работе сделали что-то такое. И один коллега вас похвалил, а другой отругал. И вам приятно и неприятно. Вы, конечно, попробовали сказать себе, что один из них умный, а другой не очень, но вряд ли это вам помогло. И вам, повторяю, – приятно и неприятно.

Про близких людей я не буду ничего писать. Вы, надеюсь, уже сами содрогнулись.

И вот как я писал вначале – большая часть работы с психологом это попытка «переварить» и интегрироваться. Что это значит? Это ведь очень часто употребляемое слово в психологическом сообществе – «а потом мы синтегрировались» или что хуже «на интеграцию времени не хватило». Здесь интересно прочесть пару словарных определений. Мне приглянулись вот эти –

“Сторона процесса развития, связанная с объединением в целое ранее разнородных частей и элементов. Процессы интеграции могут иметь место как в рамках уже сложившейся системы – в этом случае они ведут к повышению уровня ее целостности и организованности, так и при возникновении новой системы из ранее не связанных элементов” [Философский энциклопедический словарь, 1983].

А вот еще более любопытное -

Объединение нервных импульсов, поступающих от множества синапсов, в теле нервной клетки. Идущие от одних синапсов импульсы вызывают возбуждение нервного волокна, а от других – его торможение; в зависимости от того, какие импульсы преобладают, нервная клетка активизируется и передает полученное сообщение или же такой ее активизации не происходит. [Оксфордский толковый словарь общей медицины, 2002 г.]

К этому определению конечно основной вопрос – куда деваются невозобладавшие нервные импульсы?

Итак, получается, что вот эта самая разность и наша «многозадачность» заставляет нас все время перестраиваться. Вот, неверно я тут грамматически написал… Не заставляет перестраиваться, а собственно перестраивает. Потому, что вообще-то мы не можем взять и силой воли-мысли убрать что-то из нашего сознания. Все что мы увидели-услышали-ощутили уже стало нами. Мы можем только сопротивляться этому, сожалеть о том, что что-то есть, чего раньше не было. И повторю – далеко не всегда речь идет о так называемых «плохих» событиях.

Самое забавное здесь это конечно работа психолога. Потому, что она в этом случае, на мой взгляд, выглядит так.

Клиент – Я вот такой вот. У меня в жизни вот это. Но тут недавно мелькнуло что-то. Но вроде прошло.

Психолог – Знаете, а ведь это теперь тоже есть.

Клиент – Нет-нет, что вы! Я же говорю – мелькнуло… Я вот такой, разве не видите!

Психолог – Да, вижу я, вижу… Вы вот такой. У вас есть вот это… А еще… вот это!

Клиент – Точно?!

Психолог – Ага!

Клиент – Мне это не нравится!

Психолог – Ага!

Клиент – Так не должно быть, это неправильно!

Психолог – Но есть.

Клиент – И кто я после этого?

Психолог – Позвольте я буду звать вас теперь… э-э-э…А как бы вы сами себя назвали?

Новое имя, новая форма это то чем заканчивается процесс интеграции. Психологически проще если эта форма уже известна и есть кто-то поблизости кто ее опробовал. Тогда к ним можно примкнуть и не чувствовать себя одиноко. Хотя это конечно иллюзия, потому что такая общность построена на искусственном выделении одного-двух признаков.

Сложнее – когда форма совсем новая (на самом деле всегда новая, но об этом лучше не думать) и тогда приходится справляться с одиночеством, стыдом и самолюбованием.

Технические моменты
Размышляя об всем этом я в очередной раз проникся симпатией к пост-контакту. А то часто в гештальтиской среде он затмевается ценностью «Контакт». И соответственно, вроде и работа «на границе контакта» часто воспринимается как более желанная, «правильная», гештальтисткая.

Но ведь по сути, когда клиент хочет поговорить с нами о своей жизни (а не о наших отношениях на втором году терапии) он хочет поговорить именно о том как он проживает пост-контакт.

10 февраля 2011 разговаривали с Игорем Игоревым на радио “Говорит Москва”.

Тема – одиночество.  Послушать можно на странице радио. Удалось поговорить о разнице между одиночеством и уединением, о том как люди расстаются и зачем они это делают “понарошку”, о том почему психолога бросает в дрожь романтическая кино-фраза “я без него не могу”.

Также затронули тему зависимых отношений, порассуждали о пользе агрессии при расставании, задумались о том, – как правильно кидать камни в стеклянном доме.

Новый эфир на радио “Говорит Москва” про любовь можно послушать на странице “радио“.

Говорили о любви и влюбленности, о разных составляющих любви.

Существует расхожее мнение «Если ревнует, значит, любит» и соответственно, «Если не ревнует – не любит». Так ли это?

Думаю, что ревность и любовь напрямую не связаны.
На мой взгляд, если мы говорим о беспричинной ревности, то чаще всего она возникает, когда один из партнеров испытывает симпатию, влечение к кому-то помимо своей «второй половины». При этом признаться себе в том, что такие желания у него есть он не может, так как считает такие импульсы плохими, неправильными. Дальше срабатывает знаменитый психологический фокус – проекция. То есть свои собственные нереализованные, непризнанные желания проецируются на партнера. Происходит это так. Помните, в детстве были диапроекторы. На них можно было смотреть слайды с фотографиями или диафильмы с мультиками. Так вот, обычно изображение проецировали на белую ткань на стене, но если была возможность немного похулиганить, то можно было направить проектор на какого-нибудь человека и тогда мультфильмы «показывались» прямо на животе у папы. То же самое происходит, когда мы испытываем чувства, которые испытывать не хотим. Один из механизмов психики, который защищает ее от неприятных переживаний – вынести их вон, а именно «приписать» кому-то другому рядом с собой.
Важно заметить, что наличие «сторонних» влечений у каждого в паре не свидетельствует о том, что любовь иссякла или стала меньше. Мужчины и женщины постоянно обращают внимание и могут испытывать симпатию к кому-то помимо своего партнера. Это нормальное явление. Другой вопрос, как они поступают в этих случаях.

Ревность – это тормоз или стимул в развитии отношений?
Стоит ли провоцировать ревность, чтобы «расшевелить» партнера?
Я думаю, что стоит различать измену, предательство и то, что является частью флирта,  любовной игры, соблазнения. Если в процессе флирта кто-то из партнеров играя провоцирует ревность – это может привнести в отношения дополнительный азарт, энергию. Но только в том случае если каждый в паре понимает, что это игра и при условии, что эта игра не нарушает ничьи психологические границы, не входит в противоречие с моральными ценностями каждого из участников. Я думаю, что с такими провокациями важно быть предельно осторожными. Очень частый случай – женщина решила «расшевелить» партнера и потанцевала на дискотеке с другим мужчиной. Для нее это невинная игра, для мужчины – основание для серьезного конфликта. В данном случае перед началом «игры» не были оговорены «правила».

Есть ли норма в ревности и как именно ее определить? (какие вопросы себе задать, на что обратить внимание и т.д.)
В данном случае невозможно говорить о норме. Каждый сам определяет для себя какие переживания еще приемлемы, а какие уже нет. Конечно, если речь не идет о таком явлении  как бред ревности, который возникает, например, при алкогольных психозах. Но в случае психического расстройства сам человек не может осознать, что с ним что-то не так, критика полностью отсутствует. Это могут заметить только окружающие.
Я думаю, что если идеи о том, что любимый человек неверен, становятся основным содержанием отношений или периодически приносят сильные страдания, – это серьезный повод задуматься о том, что происходит в отношениях.

Что делать, если партнер сильно ревнует (и необоснованно)? Как его урезонить? Или это диагноз?
В каждом конкретном случае важно расшифровывать, что значат эти слова «Я ревную». Варианты могут быть очень разными – «я хочу тебе изменить», «я боюсь тебя потерять», «я люблю тебя», «мне не хватает общения с тобой», «я не могу простить тебя» и так далее.
Случай из практики. На прием пришла женщина и стала жаловаться на то, что в последнее время сильно ревнует мужа. Поводов для этого никаких нет. После длительного исследования этого вопроса оказалось, что цепочка умозаключений такова. В мире экономический кризис. Муж единственный кормилец в семье. Если муж вдруг уйдет, женщина, вряд ли найдет работу, а значит, она сама и дети окажутся на пороге нищеты. Ужас от такой картины будущего был настолько велик в сознании женщины, что ей оказалось легче испытывать ревность к мужу, чем страх перед бедностью. В данном случае слова – «я ревную», можно было бы расшифровать как – «я боюсь, что ты бросишь нас и нам будет очень тяжело жить без тебя».

Как вести себя, если вас мучают муки ревности?
Стоит разобраться в причинах. Когда начались эти переживания? С чем именно связаны? Что представляется самым страшным развитием событий? Вообще, если переживания именно мучают, то есть человек не может от них отделаться, они являются навязчивыми, то самому справиться с таким состоянием сложно. Нужна помощь специалиста.

Как выстраивать отношения, чтобы не возникало ревности (не провоцировать ревность). Конкретные рекомендации.
Думаю, что нет смысла придерживаться каких-то специальных правил. Если ревность возникла и она создает напряжение в отношениях, то важно чтобы партнеры могли обсуждать это друг с другом. Если вы не хотите разжигать ревность – избегайте таких фраз как – «что за бред ты придумал…», «это ерунда…» То есть не отмахивайтесь от переживаний партнера, а постарайтесь выяснить, что именно он хочет вам сказать, когда говорит про ревность.
Также стоит прояснить насколько совпадают ваши представления о дозволенном в любовных отношениях. В зависимости от воспитания, жизненного опыта, культуры эти представления могут сильно разниться.

автор: Федор Коноров, заметка для журнала “Шейп”

Когда люди говорят мне о том, что кто-то их не любит, не отвечает взаимностью на их чувства, я всегда спрашиваю – «откуда вы это знаете?» или «как вы это проверили?».

Часто оказывается, что человек живет в своих фантазиях, которые питаются его собственными страхами, неуверенностью, опытом прошлых потерь, разочарований, душевных травм.
Каждый человек сам для себя определяет, когда назвать свою любовь неразделенной, несчастной. Иногда люди делают это сразу же после того как обнаружили в себе чувство любви и пожили с ним некоторое время никак его не проявляя. Причиной такого поведения обычно является следующий стереотип – «если я кого-то полюбил, то этот человек должен тоже полюбить меня, но это должно произойти само по себе, без моего участия». Такое убеждение не позволяет человеку проявлять свои чувства, соблазнять другого человека, просто рассказать ему о том, что с ним происходит.

Частым следствием такого «способа» любить является ловушка, которая выглядит так:

1. человек влюбляется, но никак не проявляет свои чувства,
2. через некоторое время ему начинает казаться, что объект любви догадался о его чувствах (но это не соответствует действительности),
3. влюбленный начинает считать свою любовь неразделенной, безответной, так как полагает, что раз тот, кого он любит, не проявляет знаков внимания, то это говорит о его желании отделаться от несчастного влюбленного,
4. влюбленный начинает еще сильнее скрывать свои чувства, так как теперь он испытывает чувства стыда и униженности, считая, что другой отверг его.

Иногда (особенно в романтических фильмах) эта история заканчивается хорошо. Объект любви случайно узнает о чувствах влюбленного и спешит к нему на встречу, чтобы сказать о том, что уже давно любит его. Но в жизни люди часто никогда не узнают о том, что симпатичны друг другу. Страх быть отвергнутым, иррациональный стыд оказываются сильнее теплых чувств.

Стереотип, который я привел выше, на мой взгляд, питается странной идеей, которая довольно сильно распространена в нашей культуре. Это идея о том, что настоящая любовь это такая любовь, которая возникла сама по себе, из ниоткуда, а если кто-то кого-то соблазнял и долго ухаживал, то чувство, которое появилось – ненатуральное, недолговечное, «неправильное».
Я думаю, что все как раз наоборот. Любовь это не вещь, которую можно обнаружить, затем положить в ящик стола, запереть на ключ и долго хранить. Думаю, что взаимная симпатия, привязанность это то, что рождается из постоянных усилий каждого, действий направленных на другого человека, предназначенных именно для него. То есть отношения любви это не статичная данность, а процесс, который важно постоянно поддерживать.

автор: Федор Коноров, заметка для портала “Психологический навигатор”